+17 °С
Облачно
Антитеррор
Все новости
Общество
29 Декабря 2018, 14:33

От Геленджика до Холодного ключа

Заметки краеведаДеревня Холодный ключ Бакалинского района РБ просуществовала 45 лет (1919-1964). 28 семей вынуждены были сдвинуться с обжитого места из-за бездорожья, отсутствия удобной связи с центром. Весенний размашистый разлив реки Сюнь осложнял жизнь. Мечтой жителей был мост, но затратное строительство ради одного поселения было нереальным, и деревня распалась. Память о поселке Холодный ключ долгое время сохранялась лишь в семьях его бывших жителей. Ни в администрации района, ни в местной библиотеке до 2010 г. сведений о деревне не было.

Встречи через десятилетияКраеведческие исследования, касающиеся исчезновения деревни, начались со встречи с ее уроженцем Леонидом Павловичем Овчинниковым.
Деревня Холодный ключ Килеевского прихода родина моей мамы Акаевой Надежды Петровны и моей тети Быковой Зои Ивановны. Я в детстве не раз приезжала к бабушке Матрене Ивановне Бритоусовой (в первом браке Акаевой) и хорошо помню те края. Захотелось узнать историческое прошлое деревни, и мы с Зоей Ивановной отправились к Леониду Павловичу за воспоминаниями. На момент нашего посещения в 2004 г. он проживал с 90- летней матерью Анной Ивановной.Овчинниковы с распадом деревни обосновались в большом селе Килеево, перевезя туда свой дом из Холодного ключа. Крепкое строение нас впечатлило: дверь в избу основательная, вставлена в просторный проем, а открывается легко, без натуги и скрипа. Половицы широкие и «не играют», подогнаны плотно – мышке не проскользнуть! Про такие дома говорят: «Простоит сто лет», а он уже и простоял целый век!Леонид Павлович рассказал, что переселялись люди своими силами: кто куда, и кто как мог. Нелегко было от надежного фундамента отрывать избы. Шел на них местный лес, деревья не в один обхват пилораме были не по зубам, мужики обходились топорами и ручными пилами. На долгий разговор мы не рассчитывали, ведь чаще от уже опрошенных старожилов ответом было: «Не помню». Но Леонид Павлович в свои 74 года оказался человеком с крепкой памятью, пытливым умом и легко воспроизводил детали становления поселка, последовательность заселения, житейский уклад поселенцев, а главное был искренне заинтересован в беседе. Много добавляла и уточняла Анна Ивановна. Они словно рисовали и воспевали свой край – слагалась история забытой деревни. Леонид Павлович в течение жизни был занят на простых работах, но речь его грамотная, развернутая, свободная. Это первое интервью положило начало последующим многочисленным беседам с бывшими жителями поселка по телефону и воочию. Навещали их в деревнях Старокостеево, Шарашли, Новотроицк, в селе Килеево, в районном центре Бакалы, ездили в город Октябрьский. А звонки достали до Казахстана, районов Севера, Москвы, Подмосковья, Тверской и Рязанской областей.Материал поначалу собирался для семьи, но он оказался столь интересным, что вылился в газетные публикации республиканского издания. Это объединяло людей, все охотно откликались на сбор сведений о поселке, чтобы сохранить их, донести до современного поколения.Заметки из газет «Молодежная газета» и «Истоки» о бывшей деревне со старыми фотографиями попали в интернет, так меня нашла внучка Леонида Павловича – Раиса Сергеевна Картавцева (Овчинникова). Она уже житель Геленджика, врач – реаниматолог. Желание узнать больше о предках потянуло на родину деда и родителей. Ею составляется родословная, целая «простынь» пестрит клеточками, надо заполнить пустоты, уточнить некоторые даты, имена. Это начинание поддерживает ее супруг Дмитрий Александрович, считая важным сбор данных о предках. Для семьи Картавцевых поездка из Геленджика в Башкирию в августе 2018 г. своим ходом на автомашине была непростой. Ехали с тремя детьми, а посетить надо было Уфу, Октябрьский и места Бакалинского района. Путешествие было удачным, чему способствовала погода. Мне оказалось интересным знакомство почти с земляками (предки Раисы и мои родом с поселка Холодный ключ). А общение с тремя чудесными детьми Романом, Мариной и Машей стало просто радостным. Все трое еще в детсадовском возрасте, но столь послушны, общительны и развиты, что понимаешь: дело не только в воспитании, значит – в семье Картавцевых здоровый микроклимат.В Бакалинский район за компанию собралась и я с сыном Антоном и 11-летней внучкой Златой. Картавцевы в районном центре Бакалы направились в ЗАГС для возможных уточнений по родословной, а в редакции газеты «Бакалинские зори» получили экземпляры альбомов с текстовым материалом об истории деревни, старыми фотоснимками, копией документов, серией рисунков профессионального местного художника Н.И. Артемьева, отобразившего в акварели внешний вид деревни, уголки природы. Альбом оказался столь информативным, что редактор газеты «Бакалинские зори» Валентина Николаевна Шакирова, не раз печатавшая заметки по ходу наших краеведческих изысканий, сочла правильным размножить альбом типографским способом. Готовые альбомы разошлись по России. По ходу поездки состоялись встречи с родственниками, земляками в Бакалах, с.Килеево, д.Старогусево. С некоторыми не общались десятилетия. Я увиделась с Антониной Николаевной Бритоусовой из с. Килеево, которая помнит, как мы с ней в семилетнем возрасте ходили в лес за малиной и я – городская девочка, не приспособленная к их сбору, рассыпала собранную ягоду. Моя память этот эпизод не сохранила, тем интереснее было его услышать. А Антонина еще в полной силе и управляется с огородными делами, но дети и внуки хорошо помогают, наезжают с ночевкой целой гурьбой, так, что «подушек не хватает».
Через брод на папиных плечах…Вершиной нашего путешествия было посещение места бывшей деревни. Чтобы попасть туда, надо поладить с Сюнью – рекой, охраняющей эти края. Мы уже многое прочли о ней и знали: что длина реки более двухсот километров при ширине 30-40 метров, что являясь левым притоком Белой, она и сама пополняется водами многих речек. В пределах Башкортостана Сюнь протекает еще по Шаранскому и Илишевскому районам, а в Татарстане ее отнесли к охраняемым объектам природы. В один из прошлых моих приездов переправиться через Сюнь в бывшее расположение поселка удалось, перемахнув на иномарке Ивана Антропова через обмелевшую в жару реку. В этом году прибрежная зона оказалась несколько заболоченной. Доступный подъезд к реке нашелся, но противоположный берег был так крут и высок, что не мог принять автомашину. Зато брод милостиво пропустил компанию желающих, не побоявшихся довольно холодной воды. Посещением родных мест руководил уроженец Холодного ключа, ныне житель с. Бакалы Василий Никифорович Акаев. Впервые отправился туда и его внук Дмитрий – выпускник Уфимского нефтяного университета. Детишки были в восторге от переправы через реку на папиных плечах. Шестилетний Рома с высоты взрослого роста оглядывал речные берега. Младшие Марина и Маша одновременно восседали на папиных руках и ничуть не боялись – ведь отцовской силы хватало. Хватило ее и на то, чтобы перенести туда и обратно их маму. Так, в три приема, семья Картавцевых покорила местную реку.На берегу путешественников встретил ненавязчивый пейзаж с одиноко стоящим дубом и Нагорная сторона со смешанным лесом. Под горой обширный луг. Безветрие при ярком солнце придавало живой природной картине статичность. Даже птицы не мелькали: почувствовав человека, они затаились в кронах деревьев. Возникал эффект нарисованного художником полотна. К реальности вернули стрекотание кузнечиков да настоянный на травах воздух.
Пережив первые впечатления, все устремились к роднику, он и напоит, и подбодрит. Мошкара толкалась у цветов, комары прыгали над влажной зеленью и впивались в протянутые за водой руки. Холодный ключ бил из горы хрустальной водой, как и в начале прошлого века, когда приманил сюда новоселов. Встреча с источником – это удивление и радость, романтика и экзотика. В благодарность за неиссякаемость, за вкусную воду желоб ключа был почищен, освобожден от напавшей листвы.
По лугу брели через бурьян, понимая, что это бывшая улица поселка и мысленно восстанавливали порядок домов, прикидывали: где была усадьба деда, а где соседей. И будто «оживали» окна с белыми занавесками, с непременной геранью в горшках; легко представились несущая с родника воду хозяйка, бежавшие с прутиками босоногие ребятишки, и легкое ржание как бы доносилось с конного двора. Сближалось прошлое и настоящее…
На кладбище поклонились оставшимся навеки в этой земле родным и близким. Здесь стоит общий на несколько имен памятник. Он установлен в начале 2000-х годов семьей Антроповых, которые бережно относятся к памяти предков. Но ограда тогда догнивала, сглаживались скорбные холмики, и кладбище, как реальное свидетельство существования поселка с его активной жизнью в прошлом, исчезало. В 2012 г. по заявлению бывших жителей деревни и его потомков администрация района во главе с Александром Георгиевичем Андреевым организовала установление памятного знака и ограды вокруг кладбища. С тех пор разные группы родственников навещали этот уголок не как праздные посетители, а как участники восстановительных работ: олифили периметр крепких бревен вокруг погоста, расчищали родники. Навещать это место стали и организованные группы школьников, молодежи. Их вдохновляли открывшиеся страницы истории своего края, привлекали природные особенности этих мест – родники и пещеры. Свои впечатления туристы передавали в газету «Бакалинские зори», в школьный музей. Предпринятое нами путешествие было и данью памяти предкам, и прогулкой в экологически чистом месте. Собрали цветы, наполнили баллоны ключевой водой, сделали фотоснимки, а чистым воздухом старались надышаться впрок. Исчезнувшая деревня, как утраченная реальность недосягаема, и это идеализирует все, что с ней связано. Прошлое стало возвышенным, вспоминалось только радостное, красивое.Пробежал ветерок, и на горе расшумелись столпившиеся рощицей березы, они словно с нами прощались… Мы обязательно сюда вернемся.
Читайте нас: